Солнце село за вершины холмов, на долину опустилась ночь, но он даже не заметил этого. Его мускулистые и натруженные руки ковали без устали. Блики огня играли на его лице, и казалось, что оно высечено из камня.

Клинок был обычным, без хитрых секретов, которыми он был известен, но привычка всегда доводить дело до конца не давала ему сделать перерыв и пойти в дом. Раз уж он взялся за этот заказ, необходимо было сделать его как можно быстрее. Но он не торопился. Если к нему, самому известному мастеру по ковке во всей округе, обратились с таким простым заданием, то он был обязан сделать то, что его попросили, точно и качественно.

Ему нравился процесс , и даже в простых операциях он умел находить тонкости, неизвестные обычным мастерам. И сейчас, придавая форму раскаленной заготовке, он тихонько напевал какой-то протяжный мотив, думая о том, как его работа найдет потом достойное применение.

Горн слегка угас, и он зачерпнул лопатой еще угля, а потом взялся за меха. Огонь разгорелся с новой силой, выбросив в ночь клуб искр. Он утер со лба пот и снова подумал о том, что если бы его покупатель согласился на его идею, клинок вышел бы изящнее и быстрее в бою. Но заказчику было виднее, и сейчас он  делал именно то, о чем они договорились . Работа спорилась, и он знал, что успеет к рассвету.